ние — или, как это еще назвать, не знаю, — произошло совершенно мгновенно, потому что моя голова еще кружилась от последнего, смертельного виража, а в ушах еще стоял гул мотора, когда я отк..
Then they started questioning- Had he noticed anything? First, in prayer he bent his head, Through his..
Но нет, все они неназойливо пахли ничем, ровно ничем. Он оторвал взгляд от пола и устремил его туда, где стояли на коленях люди, уже ..
Библия напоминает прежде грозного, а ныне беззубого льва, его можно ласкать и дразнить - он не выпустит когтей, потому что когти на могучих лапах давно стерты. Некогда священный текст стал забавой для ученых и поэтов: даже на моих полках среди недавно полученных книг скопились стихотворные, в традициях иудаики, версии Бытия и Исхода (автор Эверетт Фокс) и Песни Песней Соломона (сочинение Ариэля и Ханы Блох). Семь лет назад Давид Розенберг - по его собственным словам - "восстановил и перевел утраченную Еврейскую Библию", под названием "Книга И.". Библия эта, как полагает он сам вместе с Гарольдом Блумом, была написана женщиной. В изданной в 1993 году "Утраченной Книге Рая" он предлагает нам еще более гипотетическую реконструкцию произведения, оригинал которого либо утерян, либо "заклятием обречен на забвение". Начинает автор со слов Адама, причем строки сцентрированы - как стало модно со времен "явления компьютера народу":
Дыханьем разговор ведем, вдохновлены - губами губ коснуться, пить из тех глубин, где слово, точно семя, томится, вызревая, - до поры, когда услышит зов. Так жду тебя, и зов твой касаньем губ во мне запечатлен...
Что ж, возможно, он и прав, хотя смысл, проступающий из этого "пратекста", смахивает на витиеватое, но вполне современное послание на День всех влюбленных. Кстати, чтобы потакнуть ревнителям равенства полов, канонические библейские тексты проходят теперь суровую цензуру: Богу положено быть разом и мужчиной, и женщиной, то есть существом бесполым. И это в совершенно патриархальной Библии! Во время церковных служб различных христианских конфессий все местоимения мужского рода убираются или теряют родовые признаки. Избавив Книгу от цепей, что приковывали ее к аналою и к латыни, Лютер отдал ее на откуп сочинителям, и все они - от Казандзакиса до Лагерквиста - так и норовят ущипнуть ее побольнее. Совсем недавно, в прошлом году, Уолтер Уангерин-младший опубликовал толстенный, на восемьсот пятьдесят страниц, пересказ под названием "Божья Книга: Библия-роман". Другой романист, Рейнольдс Прайс, потрудился изучить греческие тексты и представил их продуманные изложения "Доступный Бог" (1978) и "Три Евангелия" (1996). В последнюю из названных публикаций он включил свои полные переводы Евангелий от Марка и Иоанна, а также некое третье произведение, "Апокрифическое Евангелие", которое синтезировал сам. А теперь и Норман Мейлер представил читателям жизнь Иисуса в форме автобиографии и назвал ее "Евангелие от Сына Божия" (изд-во "Рэндом хаус"). Среди многих бесспорно замечательных качеств этого литератора есть одно неувядающее свойство: он умеет увлечься темой и быстро стать знатоком почти в любой области человеческого знания.
...
Уберись, как невеста, цветами
И умой лицо первым дождем,
Грудь накрой травы новой шелками,
Изукрасься росы жемчугом5.
В первом куплете нескладен четвертый стих, а во втором второй и третий; кроме того — слово гости здесь неопределенно; шелка и жемчуг также не понравились г. Никитину. Вот он и переделывает эти стихи:
Полно, степь моя, спать беспробудно,
Зимы-матушки царство прошло,
Сохнет скатерть дорожки безлюдной,
Снег пропал — и тепло и светло.
Пробудись и умойся росою,
В ненаглядной красе покажись,
Принакрой свою грудь муравою,
Как невеста, в цветы нарядись.
Изменения эти сделаны, по нашему мнению, к лучшему. Но и они не возводят это стихотворение на степень произведения поэтического. Напротив, они свидетельствуют нам о кропотливом, мозаическом подборе фраз, о мозольном, почти библиографическом труде, которого стоит г. Никитину каждая пьеса. Редкий стих оставлен им нетронутым, все он просмотрел и переделал, и часто вовсе без нужды...
